Новая газета», 5 марта 1999 г. Веселов нажал кнопку селектора.

Веселов нажал кнопку селектора.

- Слушаю, Владимир Иванович, - раздался голос секретарши.

- Кофе, - коротко бросил замминистра, - и не соединяй ме­ня ни с кем.

Задумчиво прихлебывая напиток, Веселов перебирал в памяти события последних месяцев. Это началось как-то внезапно со звон­ков по мобильному телефону, который он постоянно носил с собой. Звонивший на «алло» замминистра не отвечал, но звонил аккурат­но, причем в одно и то же время. Затем Владимир Иванович почувствовал (не заметил, а именно почувствовал), что за ним наблюда­ют. Сначала он подумал, что находится в разработке одной из спец­служб или прокуратуры в связи с каким-нибудь «злоупотреблением служебным положением», как теперь называлось вульгарное взя­точничество. Это не особенно испугало его, поскольку все суммы, получаемые им в виде «комиссий» за оказанные различным банкам и структурам услуги в области подпитки из государственного бюд­жета, он честно делил с курировавшими его работниками прокура­туры и ФСБ. Другими словами, если «посторонние» схватили где-то след, то «свои» прикроют. Кроме того, «свои» заранее преду­преждали Владимира Ивановича о всех деликатных моментах. Ес­ли же его «на крючок» подцепила одна из преступных группировок, то и это было нестрашно. Во-первых, силовики не дадут пропасть курочке, несущей золотые яички, а во-вторых, с руководителями наиболее мощных московских группировок давно были установле­ны вполне дружеские и деловые отношения. Да и подцепить было невозможно. Вся его недвижимость числилась за родственниками, деньги лежали в западных банках на счетах проверенных людей. Но сам факт, что за ним кто-то следит, вызывал раздражение и лег­кую тревогу.

Однажды, когда он обедал в ресторане с деловым партнером, какой-то молодой человек встал недалеко от их столика, а раскра­шенная девица, выскочившая невесть откуда, как чертик из таба­керки, начала его фотографировать. Наверняка в кадре оказался и Владимир Иванович. На собеседника Веселова это не произвело особого впечатления, а Владимиру Ивановичу стало неуютно, как если бы его засняли голым в бане.

В один прекрасный день в министерство на имя Веселова при­шел пакет. Распечатав его, замминистра обнаружил книжку под на­званием «Бездна» какого-то неизвестного автора. Обложка не ос­тавляла сомнений, что перед ним вульгарный детектив с обязатель­ной эротической приправой. Такие на всех лотках в метро лежали в огромном количестве.

Веселов бездумно бросил книжку в ящик стола и случайно вспомнил о ней, собирая бумаги для служебной командировки в США. Он сунул книгу в портфель, чтобы убить время в полете, и после завтрака в самолете, когда все газеты, розданные стюардес­сой, были просмотрены, Веселов раскрыл детектив и углубился в чтение. Он надеялся, что через десять-пятнадцать минут этот экземпляр бульварной литературы погрузит его в спокойный глубо­кий сон. Но сна не получилось. Через полчаса Владимир Иванович читал уже с таким напряжением, с каким не изучал даже важные правительственные документы, имевшие непосредственное отно­шение к его бизнесу. В книге описывался криминальный чиновни­чий мир, причем в одном из высокопоставленных героев детектива он узнал себя, хотя имя и фамилия были изменены. Самым страш­ным было даже не то, что здесь детально описывались незаконные финансовые операции пятилетней давности, которые он провер­нул, еще будучи начальником отдела, а то, что говорилось и о тех, что в настоящий момент были в стадии реализации. В сообщниках героя, прототипом которого он был, без труда узнавались все участ­ники афер, включая прикрытие в ФСБ и прокуратуре. В других персонажах он узнавал своих коллег. Вот два замминистра, а вот министр и два вице-премьера, чьи поручения он выполнял бес­платно, но с долей негодования, поскольку мысленно подсчитал, сколько они на этом сорвут.



В Нью-Йорк Веселое прибыл в полном смятении, и его колле­ги не могли понять, что случилось с всегда энергичным и самоуве­ренным главой делегации. Переговоры он вел вяло и категоричес­ки отказался встречаться в неофициальной обстановке с предста­вителями американских деловых кругов. Было очевидно, что его мысли находятся где-то далеко, он невпопад отвечал на простей­шие вопросы американцев и, чего никогда с ним не случалось, да­же уступил ведение переговоров своему коллеге, который был ниже его по должности.

Вечером, вместо того чтобы идти на банкет, который амери­канские банки всегда устраивали для российских чиновников, па­мятуя о тех временах, когда российский чиновник был бедным че­ловеком, и между собой называя это мероприятие «Halyava for Russians» (халява для русских), Владимир Иванович заперся в сво­ем номере и продолжил чтение «Бездны». Дочитав первую часть, он узнал очень много интересного о деятельности руководителей госу­дарства и даже о работе своих подчиненных. Кроме того, он упро­чил свои знания в области криминального мира и схем перекачки «грязных» денег за рубеж.



Дискомфорт рос, а когда Веселое перешел ко второй части ро­мана, его охватил страх. Вторая часть описывала смену режима в России, приход к власти жесткого правителя и установление диктаторской формы правления. Все главные герои «Бездны» оказа­лись в тюремных камерах, и он, Веселое Владимир Иванович, уже сидел на допросе у следователя, скрывать от которого что-либо бы­ло бессмысленно, поскольку всю информацию тот уже и так имел.

А тут еще проклятый телефон звонил исправно, и кто-то тяже­ло дышал в трубку. Словом, в Москву замминистра вернулся в ужасном состоянии, выражавшемся в смеси злобы и страха.

Все это он вспоминал, пытаясь не упускать никаких деталей. И чем больше деталей он вспоминал, тем сильнее чувствовал, что находится «на крючке». Самые безобидные эпизоды выглядели проявлениями «разработки» неизвестных. Докурив сигарету и до­пив кофе, Владимир Иванович снял трубку «вертушки» и набрал номер своего надежного партнера, замминистра внутренних дел Анатолия Романовича Покасова.

- Слушаю, - раздался сочный баритон генерала.

- Здорово, дружище, - приветливо сказал Веселов.

- О, какие люди! Как съездил?

- Нормально. Все нормально.

- Как же, как же. Наслышан. Что новенького?

- Повидаться нужно, Романыч.

- Что-нибудь срочное? - Голос генерала стал серьезным.

- Да, и я хотел бы, чтобы Виктор Васильевич присутствовал.

- Даже так... Что-нибудь серьезное?

- По-моему, да.

- Так, дай подумать. В двадцать два ноль-ноль в сауне. Идет?

- Нет. Через час у меня.

- Да что случилось?

- Увидишь.

- Ты меня вконец заинтриговал. Ладно. Сейчас созвонюсь с Василичем. Через час жди.

У нас масса информации о коррумпированности чиновников, и она далеко не вся предается огласке за пределами служебного кабинета. По неофициальным данным, общее число неприкасае­мых в России порядка 4 миллионов человек.

Генерал Гуров, начальник Главного управления по борьбе

с оргпреступностью. «Новая газета», № 48, 1998 г.

Веселов положил трубку и задумался. Виктор Васильевич Хохлов, начальник Управления по борьбе с оргпреступностью ФСБ, в свое время пролоббировал несколько распоряжений пра­вительства, где требовалась виза Веселова. «Наваром» он с Вла­димиром Ивановичем, разумеется, не поделился, но дал понять, что отныне между ними установлены дружеские отношения и по­следний вправе всегда рассчитывать на его помощь. Стороной Веселов узнал, что вскоре после выхода распоряжения прави­тельства о выделении из бюджета крупной суммы на закупку оборудования для ФСБ (а сумма значительно превышала общую стоимость упомянутого оборудования), Хохлов купил сыну четырехкомнатную квартиру стоимостью в триста тысяч долларов и построил дачу за полмиллиона все тех же «зеленых». Впослед­ствии, встречаясь с Хохловым в неофициальной обстановке (для этого ему пришлось вступить в охотничье общество, хотя таскаться с ружьем по лесу он терпеть не мог), Владимир Ивано­вич из намеков понял, что генерал ФСБ прекрасно осведомлен о доходах его, Веселова, и коллег по министерству. После этого разговора Веселов даже почувствовал некоторое облегчение и действовал уже гораздо смелее, чем раньше. Его счета за рубе­жом росли в геометрической прогрессии, но по мере их возраста­ния (он это чувствовал) росло и страстное желание их увеличивать.

«Друзья» появились, как и было условлено, ровно через час. Веселов нажал кнопку селектора и приказал секретарше:

- Три кофе, и ни с кем не соединяй.

После обмена приветствиями и любезностями чиновники расселись за столом. Силовики вопросительно смотрели на Весело­ва. Ни слова не говоря, Владимир Иванович выложил на стол «Без­дну». Первым прореагировал эмвэдэшник:

- Это что? Ты нас для этого и зазвал? Ты знаешь, что я важ­нейшее совещание отменил?

Лицо второго визитера, большого чина ФСБ, было абсолютно бесстрастным:

- Напрасно ты думаешь. Толя, что это пустяки. Как я вижу, твое ведомство в это еще не вникло.

- Да брось ты, Витя. Эта херня у нас по министерству уже ме­сяц ходит. Молодежь зачитывается. Ну и что?

- А ты сам-то читал?

- У меня времени нет херней заниматься.

- А ты почитай, почитай, - ласково посоветовал Хохлов. -Много интересного найдешь. Мы этим по команде со Старой пло­щади уже два месяца занимаемся. Может, среди персонажей и узна­ешь кого.

Веселое рассмеялся. Он-то знал, что Анатолий Романович обя­зательно опознает, по крайней мере, хотя бы одного из персонажей.

- Всю книгу не обязательно. Я вот тут зачитаю кое-какие отрыв­ки, - сказал он, раскрывая текст на заложенном закладкой месте.

Прослушав отрывки, Покасов задумчиво пожевал губами. Те­перь ему стали понятны улыбки некоторых сослуживцев, настоя­тельно рекомендовавших ему почитать детектив перед сном. Нако­нец, повернув голову в сторону Хохлова, он спросил:

- Два месяца занимаетесь и что выявили? Автора хоть устано­вили?

Генерал ФСБ заговорил тихим деловитым голосом:

- Автора установили. Это якобы Иванов Андрей Николаевич. Вокруг него уже образовался круг почитателей таланта и граждан, поддерживающих государственную модель, отраженную в книге. Мы сунули туда своего человека, но никакой ценной информации он добыть пока не может, потому как ясно, что автор липовый. Компьютер показал, что писали несколько человек. Издатели -наши люди. Я говорил с главным. Он тоже считает, что автор липо­вый. Людей, которые принесли рукопись, мы проверили. Ничего особенного не обнаружили. Мелкие бизнесмены. Якобы друзья автора. Надеются сорвать пару тысяч баксов на издании. Дальше этого их интересы не простираются. Но что интересно, книга нахо­дилась в продаже всего месяц. Потом мы через криминал дали команду торговцам ее не брать. И тем не менее она распространя­ется, хотя издательство ее больше не печатает. Более того, эта «Без­дна» ходит по рукам в ксероксном варианте. Наши специалисты провели исследование среди читателей. Восемьдесят пять процен­тов полностью поддерживают идею и все мероприятия, описанные в этой книге. Так что народ нас шибко не любит. - Виктор Василь­евич отхлебнул кофе, закурил сигарету и продолжил: - На первый взгляд все выглядит как элементарный шантаж, но это не совсем так. Никого из персонажей пока никто не шантажировал. Мы за этим следим внимательно. Кстати, ты, Владимир Иванович, не один ее в подарок получил. Так что, если только попробует кто-то шанта­жировать, немедленно сообщи. Нас эти люди очень интересуют.

- Почему не взять за жабры лжеавтора и не выяснить истин­ного? - спросил Покасов.

- Каким образом?

- Да любым. Подбросить в портфель наркоту и взять с полип­ным. А там уже потихоньку на допросах перейти к интересующе­му вопросу.

Заместитель министра внутренних дел был настроен агрессив­но. Но его коллега только насмешливо улыбнулся и сказал:

- В нашей конторе вы, генерал, максимум до капитана дослу­жились бы. Перед пенсией кинули бы майора. Не знаю, что они придумали, но, зная ваших «интеллектуалов» в погонах, наверняка предусмотрели это и сейчас только и ждут такого развития собы­тий, чтобы дальше действовать в соответствии с ранее намеченным планом. А если за ними стоят мощные люди?

- Например? - спросил Веселое, которому было трудно представить, что существует кто-то еще более мощный, чем он.

- Например, кто-то из достойных людей, не упомянутых в данном экземпляре «современной русской классики». Финансо­вые олигархи. А далее, шумиха в прессе, реклама этой книжонки, открытый шантаж в средствах массовой информации, передача перед экраном телевизора подтверждающего материала генераль­ному прокурору и так далее. Мало ли способов проведения так на­зываемых активных мероприятий. Со всеми вытекающими по­следствиями для несчастных персонажей. Ведь при написании ис­пользовались оперативные материалы. Где гарантия, что копии уже не лежат в условном месте и не ждут своего часа? И все это для того, чтобы отбить на допросе внутренности какого-то лабуха, ко­торый, числясь автором, быть может, и не читал «собственного»произведения?

Веселое поежился, на секунду представив, что сценарий, опи­санный Хохловым, имеет место в реальности. И тоже внес предло­жение:

- Но тогда его можно купить. Генерал ФСБ поморщился:

- Я же говорю, лжеавтор может не знать ничего и никого. Ну, купили, дальше что ты с ним делать будешь? Он за деньги призна­ется, причем расскажет абсолютную правду о том, что рукопись ему принес какой-то дядя, которого он не знает и больше никогда не видел. Предложил прославиться и срубить немного денег. Дальше что будем делать? Составим фоторобот дяди и будем его искать? Кроме того, учтите, что это может быть не политическое меропри­ятие, а научный опыт. Ведь книга-то - типичная псиатака. Я бы не удивился, если бы узнал, что здесь действует какой-нибудь наш или гэрэушный НИИ. В целях разработки новых методов вербовки. Де­нег у разведок нет, так псиметоды развивать надо. Долбанули нам по нервной системе и теперь изучают нашу реакцию, поведение, состояние здоровья, наконец. Словом, вариантов много.

- Так что же делать? - растерянно спросили в один голос Веселов и Покасов.

- А ничего. Наблюдать, копить информацию. И главное, не суетиться под клиентом.

Генерал ФСБ, успокаивая мандражирующих друзей, не сказал им того, что его заботило больше всего. По данным Службы внеш­ней разведки, в последнее время за рубеж пошла потоком инфор­мация о криминальной обстановке в России, причем информация оперативная, отражающая реальное положение вещей. Фактически спецслужбы США и ряда европейских стран получили подлинную картину криминализации России - смычку высшего эшелона уп­равления с криминалитетом, смычку криминалитета российского с криминалитетом других стран и проникновение русского крими­налитета в политические сферы стран Запада, что уже всерьез угро­жало национальной безопасности ряда европейских государств. Информация передавалась настолько профессионально, что источ­ники установить не удавалось. Реакция правительств западных стран на доклады спецслужб была неизвестна. Но беспокоило больше всего то, что весь этот информационный вал мог обрушить­ся в западную прессу. А ей в отличие от российской заткнуть глотку невозможно.

Генерал с тоской вспоминал времена «железного занавеса», когда агентура западных спецслужб для передачи информации ис­пользовала электронные средства и рано или поздно на этом сыпа­лась. Сейчас, чтобы переправить государственные секреты, доста­точно купить турпутевку. А через два года президентские выборы. На это уже брошены все государственные, банковские и силовые структуры. Как поведут себя неизвестные (а то, что источник утеч­ки информации об истинном положении в России имеет организо­ванный характер, генералу было ясно), располагающие «информа­ционными бомбами», в период избирательной кампании, спрогнозировать трудно, но ясно одно: в случае шумихи президент, кото­рый скорее умрет, чем откажется баллотироваться на третий срок, в политических целях выбросит толпе на копья не то что соратни­ков, мать родную.

Хохлов, один из самых опытных специалистов в области сыска, не мог осознать, что и он, и его партнеры уже угодили в «паутину» и что теперь они неосознанные члены подпольной организации, именуемой Партией. Он не мог предположить, что провокации человека, которого называют Кардиналом, не имеют ничего общего с привычными кагэбистскими «активными меро­приятиями», и поэтому терпеливо ждал, когда «шантажисты» свяжутся с ним и с другими персонажами «Бездны» и потребуют либо денег, либо услуг. Вот тогда их можно будет брать голыми ру­ками с применением столь любимых МВД «неконституционных» методов.

А в это время в лаборатории Бардина группа из четырех чело­век внимательно просматривала видеокассеты, на которых был запечатлен замминистра Веселов Владимир Иванович. Иногда пленку крутили в замедленном темпе, и тогда каждый из наблюда­ющих делал пометки в блокноте.

- Да, - с довольным видом сказал молодой человек двухмет­рового роста и приятной наружности, - дисбаланс на лице налицо. Клиент получил нужную дозу на подсознательном уровне. Через пару-тройку недель он будет подозревать всех и вся. Даже собствен­ную жену. Насколько изменилась внешность?

- На шесть единиц, - с таким же довольным видом ответил другой молодой человек, черноволосый, с большими карими глаза­ми, которые смотрели на окружающих с неприкрытой грустью. - Рекордсмен. Шесть единиц за месяц.

Дверь бесшумно открылась, и в комнату вошел Бардин в со-1 провождении депутата Государственной Думы Александра Петро­вича Бирюкова. Все ассистенты Кардинала встали и склонили го­ловы.

- Ну что, Олег? - спросил Николай Иванович у «двухметро­вого», как его мысленно окрестил Бирюков. - Как продвигается партийное строительство?

- Успешно, - лаконично сказал тот, которого звали Олегом, с некоторым беспокойством посмотрев на незнакомого ему Бирю­кова.

- Это свой, - успокаивающе улыбнулся Бардин. - Позна­комьтесь. Это наш новый внештатный сотрудник, Александр Пет­рович Бирюков. Специальных знаний не имеет и будет заниматься только прикладной частью нашей деятельности. Поэтому необхо­димо разъяснить ему кое-какие аспекты научной работы. Воинов и ты, Яков, - он посмотрел на человека с грустными глазами, - займитесь им.

С этими словами Николай Иванович удалился, не забыв ода­рить всех присутствующих ласковой улыбкой. Бирюков сел в крес­ло и вопросительно посмотрел на Воинова.

Странные люди


5658061656138119.html
5658118793473270.html
    PR.RU™