XVIII в.

«Американский феномен»

Земли Нового Света, несмотря на все трудности, обнаружившиеся в начале их колонизации, по-прежнему привлекали переселенцев из Англии и других стран Европы. Число колонистов быстро росло. В годы Английской революции их приток увеличился вначале за счет пуритан, а затем и роялистов. Всего за 10 лет (1640 – 1650) население колоний выросло с 25 тыс. чел. до 51,7 тыс. Но и в более спокойные годы поток переселенцев из Европы продолжал расти. В XVIII в. его масштабы стали просто поразительными. В 1700 г. в североамериканских колониях жили уже 275 тыс. человек, в 1750 г. – 1,2 млн, а к 1790 г. население ставших независимыми США составило 3,9 млн человек. Оно выросло за полтора века (с 1640) в 156 раз!

Среди колонистов было немало французов, голландцев, немцев, шведов. Но основную их часть составляли англичане, а также шотландцы и ирландцы. Поэтому общим языком для формирующейся американской нации стал английский. Помимо языка, колонистов объединяли довольно компактная общая территория, единый хоз. уклад и укреплявшийся внутренний рынок. Складывалась и особая культура, базировавшаяся на европейской, но со своими специфическими чертами. Наконец, все отчетливее вырисовывался своеобразный характер будущих американцев.

Разумеется англичане и ирландцы, французы и немцы, представители других наций не превращались в американцев, едва ступив на землю Нового Света. Но уже в самом желании европейцев отправиться в рискованное путешествие через океан и в неведомых краях попытаться переписать свою жизнь наново, проявлялся особый характер – смелый, энергичный и предприимчивый. Люди нерешительные, недостаточно уверенные в себе попросту не поехали бы в Америку.

Если принятие такого решения требовало только мужества, то сама жизнь в Новом Свете, в особенности на первых порах, создавала для переселенцев куда больше трудностей. Ведь даже физически выжить в колониях Нового Света было нелегко. Поэтому большинство колонистов, не погибших в первые же годы, отличались не только смелостью и решительностью, но также крепким здоровеем и выносливостью. А необходимость в суровой и непривычной обстановке создавать по сути на пустом месте новую страну порождала в среде переселенцев необычный для Европы тех лет дух общности, коллективизма.

Американские историки не случайно называют жизнь в колониях (а позднее и в США) своеобразным котлом, в котором смешивались воедино характеры и нравы, традиции и привычки представителей разных национальностей. Удивительный «американский феномен» привел к рождению в суровых краях Северной Америки нового народа, а затем и самостоятельного государства. И то, что в наши дни США занимают ведущее место по основным экономическим показателям, связано не только с их промышленной и финансовой мощью, но и с особым национальным духом, выплавленным в «американском плавильном котле» еще в колониальные годы.



Конечно, не следует слишком уж идеализировать «американский феномен». С уверенностью американцев в себе, в своих силах соседствовало порой высокомерие и даже пренебрежение к другим государствам и народам, якобы второсортным. Особенно тяжело это сказалось на судьбе американских негров, которых белые американцы долгие годы использовали в качестве бесплатной рабочей силы.

Патриотический подъем в колониях

Английские власти чувствовали, что их колонии в Северной Америке становятся все непокорнее. Колонисты через местные законодательные собрания боролись за то, чтобы бремя налогов было ослаблено, и назначали их не английские, а местные власти. Требований о полной независимости колонисты пока не выдвигали, но опытные британские политики не могли не опасаться, что дело движется именно к этому.

Колонии уже ко второй половине XVIII в. были в состоянии обеспечивать себя продовольствием, одеждой и мебелью (пусть и не слишком изысканными), домашней утварью и инструментами, необходимыми в повседневной жизни. Помимо с/х в колониях быстро развивались различные ремесленно-мануфактурные производства, а в приморских городах – судостроение. Англия получала от колоний ценную пушнину, пшеницу, табак, лесоматериалы, рыбу, примитивные (а затем и все более совершенные) железные изделия. Естественно, колонисты предпочли бы использовать все это с большей выгодой для себя.

Постепенно в колониях стало нарастать патриотическое движение, в конечном счете превратившееся в борьбу за независимость от Англии. У истоков этого движения стоял выдающийся философ и просветитель, ученый и писатель, политик и дипломат Бенджамин Франклин (1706 – 1790). Его жизненный путь отражал тот идеал, к которому стремились большинство американцев.

Франклин был одним из 17 детей бедного торговца свечами. В молодости он бедствовал, работал наборщиком в типографии, в зрелом возрасте стал журналистом и ученым. Его опыты с электричеством были известны в Европе, он изобрел громоотвод. Франклин основал первую в Америке общественную библиотеку, философское общество, академию и университет в Пенсильвании. Франклин чрезвычайно бережно относился к своему времени, его день был расписан буквально по минутам. Он вставал в 4 часа утра и работал по 10 часов в сутки. Вечер был посвящен активному отдыху: чтению, музыке, развлечениям и проч.



По инициативе Франклина в 1754 г. в Олбани (колония Нью-Йорк) состоялся съезд представителей ряда колоний, где прозвучал призыв к их объединению под управлением единого выборного губернатора.

Обострение конфликта между Англией и колонистами

В результате победы в Семилетней войне значительно укрепились позиции Англии в мире, в том числе и в Северной Америке. К англичанам отошли бывшие французские земли в Канаде и к западу от Аллеганских гор (Луизиана). Но сразу же по окончании войны (1763) король Георг III запретил колонистам переселяться за эти горы. Это было связано с тем, что война сильно подорвала запасы английской казны, поэтому из колоний хотели выжать как можно больше денег. На западных землях за Аллеганскими горами взимать налоги с колонистов было бы куда труднее, чем в старых прибрежных поселениях.

Запрет вызвал недовольство колонистов. Ситуация еще больше обострилась, когда в 1765 г. английский парламент ввел в колониях гербовый сбор. За каждую торговую сделку, за выпуск газеты и даже просто за публикацию объявления и т.п. колонисты отныне должны были платить налоги. Многие местные законодательные собрания и колонисты бурно протестовали против новой меры колониальных властей. В Виргинии молодой адвокат Патрик Генри даже предложил объявить гербовый сбор незаконным и впредь разрешить вводить налоги только самим виргинцам.

Во многих городах, в особенности в Новой Англии, возникали стихийные антианглийские демонстрации и митинги. В Бостоне, главном городе Массачусетса, возбужденная толпа разгромила особняк вице-губернатора и верховного судьи Хатчинсона. Сам он с семьей едва успел покинуть дом. Колонисты повсеместно уничтожали привезенную из Англии гербовую бумагу для оформления налога. Сборщики налогов в страхе за свою жизнь слагали с себя полномочия. Волнения нарастали.

Колонисты все чаще требовали участия своих представителей в английском парламенте. Повсюду звучал лозунг: «Никаких налогов без представительства!» (в парламенте Англии. Этот протест был таким решительным и массовым, что произошло неслыханное: могущественная Англия отступила. В феврале 1766 г. парламент отменил закон о гербовом сборе.

Однако, уступив в опросе о гербовом сборе, англичане продолжали вводить все новые налоги. Особенно больно ударили по интересам колонистов пошлины на ввоз товаров из Англии (1767). Но колонисты не думали сдаваться. Они контрабандным путем доставляли в колонии «чужие» (неанглийские) товары, а то, что производили сами, также тайком вывозили для продажи. Английские товары бойкотировали, порой даже сжигали или сбрасывали в океан. Самой известной акцией такого рода стало «Бостонское чаепитие». В декабре 1773 г. группа жителей Бостона, переодевшись индейцами, темной ночью проникла на английские корабли и сбросила в море доставленный в Новую Англию дешевый чай.

В преддверии Войны за независимость

По мере разрастания антиколониальной борьбы возникла необходимость организовывать действия колонистов. Еще в середине 1760-х гг. в колониях появились патриотические общества «сынов свободы». Их первой массовой акцией ста протест против закона о гербовом сборе. А с конца 1772 г. патриоты стали создавать комитеты связи – прообраз местных органов самоуправления. Эти комитеты возникли в каждой из существовавших тогда 13 колоний.

Еще до «Бостонского чаепития» Массачусетс стал главной ареной борьбы колонистов за самостоятельность. После окончания Семилетней войны англичане оставили в колониях примерно 10 тыс. солдат. И основную их часть они предусмотрительно держали в Бостоне, столице Массачусетса. Между бостонцами и солдатами нередко вспыхивали стычки.

К середине 1770-х гг. ситуация в колониях предельно обострилась. Британская администрация и многие состоятельные колонисты, поддерживавшие ее, уже не могли, а большинство американцев – не желали жить по-старому. У многих колонистов оружие было и прежде, а после начала стычек с английскими солдатами вооружаться стали повсеместно. В Массачусетсе и других колониях создавались отряды местной милиции (ополчения).

В сентябре – октябре 1774 г. 56 представителей колоний собрались в Филадельфии на Континентальный конгресс. Он принял Декларацию прав, в которой решительно осуждались посягательства Англии на «жизнь, свободу и собственность» колонистов. Конгресс призвал к бойкоту английских налогов и прочих законов, к прекращению торговли с метрополией. Но вопрос о полной независимости пока не ставился. Делегаты даже подтвердили, что считают себя подданными английского короля.

Но в ходе революций стремительное течение событий обычно выходит за рамки первоначальных намерений их участников. Уже в начале 1775 г. в Массачусетсе стали вместо ополчения формировать отряды добровольцев как основу будущей постоянной армии колонистов. Это, разумеется, встревожило англичан. Командующий их войсками в Северной Америке генерал Гейдж приказал разоружить несколько отрядов, собравшихся близ Бостона, и арестовать их лидеров.

В результате 19 апреля 1775 г. у городков Лексингтон и Конкорд произошли первые вооруженные стычки колонистов с британскими войсками. С обеих сторон появились убитые и раненые. Американцы успешно применили тактику рассыпного строя, которой они научились у индейцев. Обстреливая стройные колонны англичан из укрытий и внезапно атакуя из небольшими группами, колонисты тут же исчезали, чтобы вскоре напасть уже в другом месте. Англичане, не ожидавшие столь решительного и умелого отпора, отступили в Бостон.

Этот исторический для американцев день принято считать началом Войны за независимость.



5814256832813653.html
5814282884205839.html
    PR.RU™